Фанат-гусятник

 

Написать мне письмо

+7 905 743-72-81

 

 

 

Мои статьи

 

ГлавнаяМои статьи → Невеста для Гошки часть 1 → часть 2

ИЗ СЕРИИ РАССКАЗОВ "НЕВЕСТА ДЛЯ ГОШКИ"

Двадцать лет живет у меня в неволе супружеская пара белолобых гусей Гошка и Глашка. Изъятые из природы подранками, взрослые половозрелые птицы образовали дружную моногамную гусиную семью со сложными инстинктами, взаимоотношениями, поведением. Герои многих фильмов, эксклюзивных видеоматериалов, они удачно дополнили уникальными звуками фонотеку России.

Голоса, записанные профессионалами на высококачественную аппаратуру, оказались незаменимым учебным пособием в обучении тысяч охотников правильно ориентироваться в сложных сигналах, издаваемых белолобыми гусями. Гусыня Глашка сильно постарела. Ее физический возраст близится к завершению. Моей основной задачей охотничьего сезона является добыча новой гусыни. Задача Гошки выбрать себе достойную невесту. Именно об этом и пойдет речь в нескольких следующих статьях.

ОФИЦЕР ("Охота и рыбалка. XXI век", МК, май, 2013)

Гусыня Как далеко оказалась эта гусиная присада! Гряда — вода, гряда — вода. Нет конца и края этой череде разлива и суши! Обезручил грести веслами, обезножил тащиться по кочкам. Весь мой охотничий скарб уместился в двухместной резиновой лодке с твердым фанерным полом, оклеенным пенополиуретановыми ковриками.

Получилась совершенно непотопляемая посудина, идеальная для рыбалки и охоты. В ней можно часами лежать под маскировочной сеткой, ждать гусиную стайку или весь день ловить рыбу спиннингом, стоя во весь рост.

Спешу, налегаю на весла. Где-то здесь должна быть длинная узкая возвышенность среди разлива, избранная перелетной птицей под присаду, далекая и недоступная большинству охотников. Успею ли к рассвету? Сегодня открытие весенней охоты. Я сознательно не остался в стационарных скрадках на границе разлива. Успею насидеться. Весь сезон впереди. Избыток невостребованной энергии, жажда новых приключений движет моими поступками.

Снова земля. Сажусь на борт надувной лодки, осматриваюсь, сверяю ориентиры. Вроде не ошибся. Я на месте. Вокруг абсолютно открытое пространство с отличным круговым обзором. Идеальное, безопасное место для гусиного отдыха. Торопливо выставляю два десятка гусиных чучалок-пакетов.

Свежий предрассветный ветерок быстро заполняет невесомые пластиковые изделия, придавая им объем. Закачались, задвигались на тонкой пружинистой проволоке обманки, закивали головами, имитируя спокойно кормящихся птиц. Небольшой объем и малый вес флюгеров-пакетов особенно важен при дальних вылазках с целью разведки.

Накрываю лодку прочной капроновой сетью, в ячейки которой вручную вплетены растрепанные лоскутки из натуральных материалов — льна, мешковины, лыка. По текстуре, лохматости, цвету они совершенно сливаются со скошенной прошлогодней травой – стернёй. Эти материалы полностью поглощают солнечный свет, не бликуют, не шуршат, одновременно с местной растительностью намокают и высыхают и по праву считаются идеальной маскировкой для гусятников.

К одному краю масксети подвязываю длинную палку для жесткости, которую при налете гусей легко откидываю одной рукой, и веду стрельбу. Простая, надежная и доступная конструкция в сочетании с резиновой лодкой, за широкими бортами которой можно спрятаться от непогоды, посидеть или переместиться в другое место, — идеальная бюджетная альтернатива всем видам узкоспециализированных лежачих засидок зарубежного производства.

Мой скрадок совсем не пугает дичь. Он напоминает невысокую кучу растительного мусора, сплавину из рогоза и камыша, выброшенную разливом на берег. Кругом полно птичьего помета, пуха, перьев. Я не ошибся с местом. Но где птица? Переместилась? Рядом неожиданно залаял ночной зверь. Лисица! Это она стронула птицу. На душе полегчало. Гусь обязательно сюда вернется.

Заря разгорается, светлеет восток. Вереницами идет свиязь, стайками — нырковые утки, парами — кряквы и шилохвости. Раздаются первые выстрелы, новый сезон открыт. Взмывает туча неопознанных птиц и мечется над разливом. Поднимается, заходит широкими кругами. Весь горизонт в штрихах, пунктирах, ломаных линиях.

Чуть видимые точки медленно вытягиваются, превращаются в живые трепещущие нити узнаваемых птиц. Гуси, утки, чайки — сколько их? Пять, десять, пятнадцать, двадцать тысяч? Невозможно сосчитать. И вся эта масса движется в мою сторону. По мере приближения гигантское кишащее и пульсирующее облако принимает вытянутую форму живого подвижного организма длиной 500, шириной 100, высотой 50 метров.

Постепенно оно обрастает звуками тысяч отчаянно гомонящих, орущих, кричащих на разные голоса птиц, потревоженных с насиженных мест. Вскоре стадо накрывает меня. Гуси справа, слева, спереди, сзади, над головой, на разной высоте, в любых направлениях. Глаза разбегаются, не видят конкретной цели. Состояние полной растерянности. Куда стрелять?

Промах, промах, промах! Живая масса птиц при виде человека, как быстрый горный поток воды, наткнувшийся на валун, плавно обтекает мой скрадок и смыкается за ним снова. В магазине моего автомата давно кончились патроны. Я выдергиваю по одному из патронташа, машинально заряжаю и стреляю, стреляю, стреляю, как из одностволки. Не вижу результатов, не смотрю по сторонам. Гуси, утки, чайки — все смешалось.

Полный хаос и неразбериха. Шапка падает в воду, руки трясутся, ноги каменеют, во рту пересыхает. Непослушный язык, заикаясь, произносит: "Н-не п-попал!" Вот это налет! Я в состоянии частичной невменяемости от избытка ярких эмоций. Смотрю в след улетевшему счастью. Стадо растянулось в длину и ширину, разбилось на составляющие части, заметалось по разливу, тут и там натыкаясь на ружейные залпы. Рассеялось по угодьям искать новые спокойные для отдыха места.

"Надо же, не попал!" — вновь повторяю я. И вновь остро переживаю незабываемые мгновения. Отрешенным взглядом окидываю местность, не вполне соображая, что все произошло со мной наяву, а не во сне. Вот это налет! Вот это стадо! Сколько их было? Нахлынули, как цунами, поглотили, закружили, утопили меня в своем бездонном птичьем потоке. Первый раз такое случилось. Я, как желторотый ятребок, ворвавшийся в огромную птичью стаю, остался без добычи, оттого что не знал, кого хватать.

ТрофеиПостепенно эмоции уступают место действительности. Чем стрелял? Вокруг скрадка разбросаны пластиковые гильзы. Я сам собираю патроны. Каждый цвет гильзы обозначает определенный номер дроби. Для запоминания пользуюсь подсказкой о семи цветах радуги.

Эти слова известны всем: каждый охотник желает знать, где сидит фазан. У меня красный — 2/0, оранжевый — 0, желтый — 1, зеленый — 3, голубой — 5, синий — 7, фиолетовый — 9-й номера дроби. Вот пять оранжевых гильз, они были в магазине и патроннике. Вот желтая, зеленая, голубая. В суматохе я не глядя выдергивал их из патронташа и стрелял, стрелял, стрелял. Не попал! Зато какой налет!

Окончательно прихожу в себя. Немного трясет — то ли от холода, то ли от впечатлений. Свежий ветер гонит волну, активно мотает чучалки. Стоп! Откуда взялась чучалка сторожевого гуся? У меня все кормящиеся! Один сидит, крутит головой, смотрит на меня. Так это живой белолоб! Я попал!

Я просто не следил за результатами выстрелов. Добить? Нет, всегда успею. Медленно сажусь на корточки и направляюсь к гусю. Он спокойно дается в руки. Явно находится в состоянии стресса от болевого шока и не воспринимает действительность.

Сноп мелкой дроби с близкого расстояния искромсал левое крыло, прошел по касательной по лопатке, взлохматил перо на спине. Чем помочь тебе, белолобик? У меня нет аптечки, лекарств, алкоголя. Бережно прижимаю крылья птицы к корпусу, плотно обвязываю веревкой и убираю в мешок. Я обязан это сделать. Мне очень нужна гусыня для подсадного белолобика Гошки. Постараюсь вылечить. Будь что будет!

Больше месяца сильно болел подраненный гусь. Самостоятельно не ел и не пил. Я насильно открывал ему рот, заталкивал пищу в горло, заливал водой. Он стойко переносил все неприятные процедуры, не издавая ни звука. При попытке поймать его, сразу садился, склонял голову набок в позе полного подчинения и не двигался.

При ходьбе чуть прихрамывал на левую лапу, периодически поправлял изуродованное крыло. Алюминиевая лангетка с гипсом, наложенным на раздробленную кость, поблескивала, как боевая шпага. За это гусь получил меткое имя Офицер. С другими птицами он не контачил, держался независимо, особнячком, соблюдал солидную дистанцию.

Когда на участке появилась обильная зеленая травка, откормился, ожил. Птица полностью поправилась и... заговорила голосом гусыни. Однажды я обнаружил ее на высоте двух метров отвесной поленницы дров, затем на крыше теплицы. Она наблюдала за местностью. Это стало любимым занятием независимой птицы.

Гусак Гошка абсолютно не обращал внимания на гусыню, был к ней равнодушен. А Офицер считала эту гусиную стайку чужой и всячески пыталась покинуть территорию. Пришлось отдать ее в надежные руки знакомому охотнику. Там среди других птиц она заняла лидирующую позицию и живет по сей день.

КАМИЛИЯ ("Российская охотничья газета", № 48)

– Ке-ке-ке-ке – совсем близко как всегда неожиданно раздался шепот белолобиков. Эти тихие звуки издают птицы идущие на посадку при виде своих сородичей.

– Прозевал? – надо же такому случиться. Только закрыл глаза и моментально провалился в бездонную пропасть сна бога Морфея. Измученный длительными непосильными нагрузками организм включает защиту в виде краткосрочного чуткого сна. Но слух всегда на чеку, он безошибочно сработал как будильник на звуки гусиного переговора.

Это погода виновата. Солнечный апрельский полдень, теплый мягкий ветерок, монотонный шепот ласковых волн на берегу бескрайних Окских разливов – грех не расслабиться в уютном удобном скрадке, специально оборудованном для продолжительного ожидания охотничьего счастья.

– Ке-ке-ке-ке – снова те же звуки. Теперь справа, совсем рядом. Нет, не приснилось. Сон как рукой сняло. Хватаю автомат, кручу головой. Ищу источник звуков. Где они? Видимость сильно ограничена стенками скрадка и густой маскировочной сетью. Подняться и осмотреться не могу. Обнаружат. Это первый гусиный налёт за сегодня. Стоило на минутку расслабиться и вот они совсем рядом. Но где, где? Напарник Николай как на зло молчит. Его скрадок, на другом фланге нашей гусиной присады. Однозначно и его погода сморила. Если заснёт – из пушки стреляй – не проснётся. Он глаза и уши нашей охоты. Всегда вовремя высмотрит, предупредит и отстреляет дичь. Мы удачно дополняем друг друга. Я небольшого роста, энергичный, скорый на ногу, лёгкий на подъём. Он высокий, жилистый, рассудительный. Отличный стрелок и надёжный товарищ. Поэтому три десятка лет мы рядом в скрадках сторожим нашу охотничью птицу удачи – пролётного гуся. А главное понимаем друг друга с полуслова. А порой и без слов.

– Ке-ке – опять отозвались. Теперь со стороны спины. Припадаю лицом вплотную к стенке скрадка – так лучше видно сквозь частые ячейки масксети.

Разглядел! Белолобые! Опять очередной раз облетают нашу гусиную присаду. Не обнаружили опасности и стремительно приближаются ко мне. Стелятся всего в метре над землёй и через пару секунд будут над головой. Как близко и как низко! Не попаду! В стволе и в магазине автомата патроны с нолевкой в контейнере. Придётся отпустить подальше. Может на Николая налетят? Гуси идут в его направлении через мой скрадок. Вот они над головой. Отчётливо видно даже светлые коготки на ярко-оранжевых лапках, тёмно-каштановые глаза, каждое пёрышко на пёстрой тельняшке стариков и грязно-серое оперение молодых птиц.

Кеть-кеть-кеть – звучит приветствие нашим чучелам. Сложив крылья серпом гуси плавно лощат на посадку. Как они восхитительны в свободном полёте! Исключительно осторожные живые птицы всегда воспринимаются красивей и загадочней добытых, но мёртвых трофеев. Для многих охотников вся истинная прелесть процесса гусиной охоты это всё что происходит до выстрела. Но выстрел должен прозвучать, он венец охоты. Веду стволами за птицами. Жду когда расстояние увеличится до оптимального.

Вдруг яркая вспышка обожгла зрачки, засверкала мириадами звездочек Породила цветные круги в глазах. Мгновенно выключила реальность, затем погрузила в полную темноту.

Сопровождая траекторию полёта гусиной стайки, я невольно поймал на планку автомата раскалённый диск небесного светила. Солнце! Ты враг мой сегодня! То усыпило, то ослепило меня! Ничего не вижу! Куда стрелять? Где гуси? Как допустил я эту оплошность? Не останавливая ружья, раз за разом нажимаю на спусковой крючок, мысленно представляя движение цели. Одновременно со звуком моего последнего выстрела торопливо затарахтел автомат Николая .В результате две птицы попали к нам в руки. Одна чисто битая, другая легкий подранок в мягкие ткани крыла. Эх, побегали мы за ним по разливу! Так появилась еще одна невеста для гуся Гошки с красивым именем героини мыльных сериалов – Камилия.

Это была взрослая коренастая широкогрудая гусыня с относительно коротким клювом и шеей, приплюснутым, сдавленным сверху корпусом. Она имела индивидуальную особенность при ходьбе ставить короткие лапы на одну линию. Забавно переваливаться с бока на бок и исключительно быстро бегать. Легко раненая в мягкие ткани крыла скоро выздоровела и освоилась в неволе. На примере многочисленного птичьего поголовья на третий день самостоятельно ела и пила из общей кормушки. Обижала других гусей-подранков, находящихся в более тяжелом физическом состоянии. Вынуждала новичков прятаться на огороженном участке в зарослях малины, смородины, крыжовника. Не подпускала их к воде и корму. Сразу определила несостоятельность старой дряхлой гусыни Глашки. Сначала приглядывалась, осторожничала, держалась по одаль. Не подходила близко к аборигенной паре. Через месяц освоилась. Всюду сопровождала старожилов. Трио птиц вместе передвигались с участка на участок, кормились, купались и отдыхали. Весеннее пробуждение сказалось и на гусях. Все напористей и смелее действовала Камилия. Все чаще и чаще подключалась к исполнению гусями-супругами знаменитого дуэта влюбленной пары. Этот торжествующих крик, состоящий из характерного гогота низких тональностей для самки и высокого, резкого звука самца, сопровождает брачные игры, интимные отношения белолобых гусей, информирует о занятости определенной территории этой конкретной парой. Заигрывала, стараясь обратить на себя внимание, взъерошивала перья на спине и голове. Активно махала крыльями. Принимала позы брачного поведения. Вытягивала шею горизонтально земле, топталась на месте, демонстрируя готовность к спариванию.

Старуха Глашка не препятствовала этому. Она физически не могла противостоять молодой, сильной сопернице. Гусак Гошка с интересом посматривал на молодуху, но в интимные отношения вступать не спешил. Тем временем остальные гусыни-подранки плененные этой весной поправились окончательно, окрепли и между ними возникла сильнейшая конкуренция за лидерство. Это в корне изменило ситуацию в новой птичьей стайке.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

 

Обо мне

О гусях

Мои статьи

Фотогалерея

Мои видео

Магазин

Доставка и оплата

Написать мне письмо

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

© 2010 − 2017
Фанат-гусятник

+7 905 743-72-81

Новости

Магазин

Оплата и доставка

Обратная связь

Хостинг Макхост | Управление сайтами | Программирование на Delphi

spacer
spacer